По опустевшим игровым площадкам бесчувственный ветер разносит крики призраков. Кажется, будто бы война — это не более, чем дурной сон, который скоро пройдет. Но этот сон не проходит, напротив, один дурной сон сменяет другой, ещё более страшный. И от снов этих один за другим погибают люди. Псы войны не ведают страха. Они не знают пощады и не умеют прощать, но именно сейчас нужно помнить, что счастье можно найти даже в тёмные времена, если не забывать обращаться к свету.

АДМИНИСТРАЦИЯ:
Karu Flynn Alecto Carrow

Marauders. No Mercy

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders. No Mercy » MIRROR OF ERISED » Тот, кто предал, тот вновь предаст.


Тот, кто предал, тот вновь предаст.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://s001.radikal.ru/i193/1612/92/8412a3335bc9.gif
http://s3.uploads.ru/e6Z5N.gif
http://s020.radikal.ru/i710/1612/84/19f6c2a349e8.gif

Тот, кто предал, тот вновь предаст.

участники:
Кайлан Грант, Дункан Саваж, Гавейн Робардс.

дата и время:
19 декабря 1979, 13.35.

место:
Мунго.

Раздадутся во тьме шаги...
Кто за дверью? Друзья? Враги?
Подозрениям нет числа –
Мир за гранью добра и зла.
И случится – в недобрый час –
Тот, кто предал, тот вновь предаст.
Безрассудно сожжёт мосты
Кто угодно, но... пусть не ты! (с)

+5

2

Паршиво.
На душе было настолько гадко, что Грант ощущал на своих плечах далеко не приятную тяжесть бремени. Они с сестрой сделали выбор, в момент, когда они забирали ее воспоминания о себе каждый был полностью убежден, что это единственно верный поступок. Кайлан верил, по крайне мере очень старался себя в этом убедить, Руби теперь сможет сделать все-то, о чем мечтала. Не будет страдать, не будет беспокоиться, не будет жаждать об «обычном мире без магии», а станет его частью. Ни Кайлан, ни Мюррен не высказали вслух принятой в подобных случаях шаблонной фразы – у нас не было иного выбора. И теперь из-за возложенного бремени он страдал и мучился.
Сегодня Кайлан запомнил как свой конец света.
Оставались последние штрихи. Оповестить жителей Нэрна табличкой о том, что бар и гостиница отныне закрыты и повернуть ключ в замке. Это должно было стать жирной точкой. Дом их детства и юности вскорости должен был превратиться в такое же забытое, покинутое и отданное на растерзание безжалостному времени. В любом случае аврор не был несколько в ином состоянии, спасшим его от меланхолии. Грант был зол. На Пожирателей, считая их нападения личным оскорблением, на весь окружающий мир, как бывало, когда сам себя уничтожаешь. Не прошло и минуты как дядя забрал Руби, а они с Мюррен так толком с ней не попрощались, как значок, извечно приколотый к поясу брюк, подал голос, не двусмысленно объясняя кто, где и почему.
- Справишься одна? – хмуро спросил Кайлан у сестры, вытаскивая из кармана портключ. Круглый, похожий на медальон артефакт был теплым на ощупь. Он открыл крышку, нажал на кнопку и… вот он уже в приемном покое Мунго.
Огляделся, пытаясь разглядеть в ярком свете хотя бы одну свободную медсестру и кивнул, когда к нему подбежала волшебница. Пришлось наскоро ее заверить, что с ним все нормально, по меньшей мере физически нормально и что помощь что помощь нужна кому-либо другому:
- В какой палате Гавейн Робардс? – Кайлан был из той категории людей, которые прямо смотрели собеседникам в глаза. Одних обычно это раздражало, а других, видимо, заставляло считать - подобное ко многому обязывает. Он же выжидал, когда ему предоставят интересующую его информацию. Могли даже не провожать, в Мунго авроры бывали чаще, чем ужинали дома.
Врад ли Грант должен был выдавать на гора свое беспокойство. Не в первый и не последний раз он стремительно передвигается по больничным коридорам, разглядывал номера палат и заглядывал в открытые двери. Как бы это не звучало, не в первый и не в последний (верилось) раз он навещал здесь кого-либо из коллег. Другое дело, что сегодняшний день в пятерку лидеров «дней, которых Кайлан не хотел вспоминать». Никогда. Лучше бы они никогда не случались. И к болотному черту все философские рассуждения о том, что чтобы не делалось все к лучшему!
Поэтому усталость, волнение, озабоченность и с десяток других, ранее скрываемых и не отображаемых на лице эмоций, сейчас крайне успешно вырывались наружу. Нет, естественно вины Кайлана в случившемся не было. Но нет, нет, да в голове пробегала тихая, тонкая мысль – что если бы он остался на ночное дежурство и ничего бы не случилось…? Но право, чем он мог помочь, если бы пренебрег правилами и просидел еще одну смену? Схлопотал бы выговор и принудительный отдых? За время своего далеко не маленького стажа, Грант понял одну важную вещь - всегда есть два пути. Первый в данном случае: считать себя виноватым каждый раз, когда что-то пошло не так. Второй путь: понимать, что в жизни всё зависело не только от него и от его желания помочь, но и от множества других факторов.
Невозможно спасти всех. Невозможно уследить за всем. Невозможно…
…предотвратить нападение, когда твои отношения с прорицанием, мягко говоря, безнадежны.
Первой пронзившей его мыслью в старенькой гостинице в Нэрне, прежде чем активировать портключ, была, что он не против сам устроить шефу выговор. Почему? Объяснений была масса, но самое честное оказывалось и самым долгим.  Гавейн был не столько наставником и учителем, когда Кайлан только пришел в аврорат, делившимся знаниями, отчитывал и бывал строг за дело. Он  стал другом, от которого немыслимо было хранить секреты и пытаться обманывать. Был частью семьи, которую ни при каких обстоятельствах не хотел терять, даже если бы тот не дал навязать свою помощь. Один из очень немногих кто вызывал доверие, и к кому хотелось прислушиваться. В любой другой день Грант реагировал бы менее категорично, вот только одна травма следовала за другой. Достаточно было первого потрясения.
- Дан, - окликнул он живописно подпирающего стену друга, в последний момент избежав столкновение с несшей на подносе ряды склянок с лечебными зельями волшебницей. Никаких вежливых приветствий, отстранённых чисто английских разговорах о погоде, подобным можно было развлекаться за завтраком, а не когда именно Дункан с пять минут назад отправил Кайлану сообщение: - Что произошло? Что слышно? 
Больше того что хотелось знать кто напал на Робардса, Гранту хотелось непременно выплеснуть на кого-либо кипевшее внутри раздражение. Не на Саважа, который похоже тоже был далеко не в курсе подробностей, то на колдомедика, требуя от того историю болезни. И получив заветный свиток, мрачно пробежался по тому взглядом.
- «Поступил: общее состояние неудовлетворительное. Без сознания…», - Кайлан прокашлялся, хмурясь еще сильнее: - «Обнаружены повреждения от заклинаний…» И после этого он припоминает мне…
«Иммобулус», - не успел продолжить вслух, взглянув на открывшуюся дверь и выходящего из палаты Скримджера. Сегодня все были еще более не в духе, чем обычно. В прочем им с Дунканом разрешили войти.

+4

3

- Полегче, Кайлан, полегче, - "названного брата" Дункан заметил, еще когда тот несся по коридору, но оторвался от попыток расслышать, что говорится за дверями палаты, только когда старший из питомцев Робардса едва не лишил пол-этажа дневного приема лекарств. - Простите моего коллегу, мисс Ривер, он не нарочно, просто переволновался за друга. - Улыбнуться, чуть виновато развести руками, и девушка, явно готовая высказать все, что она думает о способностях некоторых авроров замечать окружающих, сдержалась, только фыркнула неодобрительно и двинулась дальше, покрепче перехватив поднос.
- Ничего пока не знаю кроме того, что писал тебе ночью. - Саваж чуть пожал плечами и улыбнулся уголком губ, - Робардс пришел в себя недавно, и его общество монополизировал командор, - короткий кивок в сторону закрытой двери, - судя по тому, как долго он там, дело двинется с мертвой точки под названием "что за хрень вообще произошла". - На самом деле он знал чуть больше чем "на Гавейна напали сегодня, он жив, в Мунго", но это были пока "пустые" детали, отдельные оборванные кусочки мозаики, как ни верти их в руках - не складываются в картину, не дают ответов на два главных вопроса: "кто" и "как это случилось", их слишком мало. Даже контуров не выстроить. Робардс ушел из отдела где-то к концу вечерней смены, когда точно - никто не помнит, не ясно даже - портключом домой, как обычно, или изменил этому обыкновению и отправился куда-то еще, - никто не знает. Тем же вечером, уже раненым, через значок вызвал О'Флаэрти на одну из лондонских улиц неподалеку от Министерства, и Эшлинг доставила его в госпиталь, затем сообщила Скримджеру и своему аналитику. К имеющимся уликам, то есть к вещам Гавейна, Скримджер запретил прикасаться кому бы то ни было из авроров кроме назначенного следователя, значит определенно подозревал в причастности кого-то из "своих". В принципе Дункан конечно имел шансы получить к ним доступ неофициально, но предпочел даже не пытаться: на месте "леонида" он бы сам себя заподозрил среди первых, значит ни к чему давать к этому дополнительные основания. Улицу, координаты которой О'Флаэрти запомнила, он осмотрел, но ни на месте, ни поблизости не было следов боя, значит туда Робардс скорее всего аппарировал, откуда - тоже неизвестно. Медицинская карта с перечнем полученных ранений, проведенных врачебных манипуляций и назначенных лекарств случившееся прояснить тоже не слишком помогала, но мешать Каю обрести немного кажущегося контроля над ситуацией и заодно немного спустить пар на неудачно попавшего под руку дежурного колдомедика Дан не стал - пусть восстановит душевное равновесие как может, и лучше не об товарищей по службе. - Будет он жить, будет, даже работать отпустят через неделю где-то, если записи верны. Сэр. - Перед появившимся наконец в коридоре Скримджером Саваж вытянулся по стойке смирно и приложил руку к плечу в военном приветствии. - Нам можно войти?
Вообще-то он не исключал и того, что командор запретит, так что разрешение было со всех сторон хорошим признаком: оно означало во-первых что Гавейн в состоянии с ними поговорить хотя бы недолго, а во-вторых, что окончательно оба его стажера доверия высшего командования все же не утратили. Хоть что-то обнадеживающее. Вид наставника тоже обнадеживал: бледен, слаб, устал, что после беседы с "леонидом" не удивительно, но умирать определенно не собирается. - Сенсей, ну нельзя же так, - Дункан с шутливой укоризной покачал головой, выложив на столик у кровати пакет с грушами и две упаковки фруктового йогурта, добытого в знакомом фермерском магазинчике, и бутылку сока, - весь отдел на ушах стоит. Что произошло? - К утру новость уже разошлась, и аврорат гудел, как растревоженный осиный улей: версии, варианты действий, грядущие перспективы исполнителей покушения, как только их найдут... "Амазонок" Дан отдельно попросил внимательно слушать, кто и что говорит, и присматриваться, кто будет нервничать больше остальных, и особые надежды в плане наблюдений возлагал на Джонс.

+3

4

Кратким пересказом посещения Руфуса можно было считать сакраментальное: "Если умрёшь, учти: откопаю, некромантирую и заставлю работать". Гавейн слушал и задумчиво вкушал принесённое шефом тыквенное печенье.
Его малость знобило, голова начинала кружиться, стоило оторвать её от подушки, но Робардс был жив, относительно цел, и можно даже сказать, орёл.
Разговор вышел все равно не из приятных. Пусть вины Руфуса в том не было. Искать предателя занятие нужное, важное. И очень не приятное. Ведь им по определению может быть только близкий. Дантэ не зря поместил их в девятый круг.
Кайлан и Дункан входят. Гавейн не вольно вспоминает суховатое: "Тебе прекрасно известно, кому проще всего было бы это сделать. Мне." Скримджер размышлял самым простым путем: ищи среди тех, кому позволяешь зайти за спину, чьё присутствие для тебя привычно и знакомо. На кого даже не придёт в голову подумать.
Проверить этих двоих, да Адама самое очевидное. Но Гавейну до зубовного скрежета не хотелось даже предполагать, что Кай или Дан мог хладнокровно отправить его на верную смерть. Не профессионально.
Но очень по-человечески.
Пусть их проверит Руфус, а Гавейн не готов вбивать между ними и собой клин не доверия. Особенно в это непростое время.
- День добрый, - оторвать голову от подушки он все ещё не рискует. И улыбается, припомнив саркастичный тон Руфуса : "Подушка тебе идет."
В их глазах Робардс видит не притворное беспокойство.
- Спасибо, - Гавейн чувствует себя внуком, у которого вдруг обнаружилась толпа жаждущих кормить его бабушек, но этого он не говорит, - И к слову угощайтесь. Я этого не говорил, но печенье от Руфуса, - он чуть поворачивает голову, и едва уловимо морщится от кольнувшей висок боли, - Не буду ходить вокруг да около. То что я вам сейчас скажу должны знать: Скримджер, я, Доусон, вы двое и О'Флаэрти. Мой личный порт ключ был подменен.
Гавейн даёт им обоим немного времени осознать полученную информацию. Сделать выводы.
Он не позвал сюда третьего не потому, что не доверяет ему. Адам не был так дружен с Кайланом и Дунканом, как эти двое между собой. Может быть потому, что был младше. А может слизеринство давало себя знать. Ранее Робардс никогда об этом не задумывался.
Да и сейчас это не имело особого значения. Он выбрал Саважа и Гранта, потому что оба могли сделать что-то полезное с этой информацией. Младшему из его стажеров она только помешает.
Руфус с ним согласился, и потому в своём решении Гай был уверен.

+4

5

Определенно хотелось закатить глаза.
«Переволновался за друга»…
Конечно, Кайлан не говорил Дункану, что собирался сделать прошлой ночью. Возможно, собирался сказать, как пошатнулась почва под ногами, устои, с рождения заложенные в голову волшебника рушились, скрежетали и накренялись. Все имело статус незыблемого, вечного и ценного меркло с каждой секундой.
Грант отвратительно спал. Даже через тревожный чуткий сон, обняв сестру за плечи, в голове роились дурные мысли. И они только сгустились, когда посреди ночной тьмы на значок пришло сообщение. Все рвалось к действию: найти, узнать, наказать по заслугам. Нет. Отомстить. Личные переживания сплетались одним шипящим змеиным клубком и Кайлан понимал, что он ничуть не лучше проклятия, что не начинало действовать сразу, а постепенно накапливало силы и ждало…будто обладая разумом.
«Переволновался за друга!»
- Прошу прощения, мисс, - все же выдавил из себя аврор. Даже улыбнулся, но улыбка вышла блеклой, не дошла до уставших глаз и растворилась слишком быстро, ввергая Кайлана в привычное видимое безразличие. Волшебница фыркнула, тихо отчитала того себе под нос и убедившись что все баночки с зельями в целости, тем же быстрым шагом пошла по коридору.
С секунду он смотрел ей вслед. Прежде чем полностью потерять интерес к чему либо кроме Саважа, истории болезни и подозрительной тишине за закрытой дверью. Палата была зачарована. И тет-а-тет со Скримджером тоже наводил несколько противоречивых линий развития сюжета.
Взгляд вновь пробежался по истории болезни. Можно было сколь угодно долго строить догадки что, кто и как. Для собственного успокоения, но теории и факты вещи разные.
Кайлан машинально, не задумываясь, синхронно с Дунканом вытянулся и подобрался, когда дверь палаты открылась, и оттуда вышел Скримджер. С точностью он не знал, что делал бы скажи начальник, что запрещает им войти к Гавейну. Попытался бы возразить? Возможно, тем самым вызывая в Руфусе, мягко говоря, недовольство. Но все обошлось и поблагодарив, скользнул в палату.
Работники Аврората слишком частые гости в стенах Мунго. Портключ в приемный покой. Знакомые палаты. Больница представлялась вторым домом, причем родные стены спален – стояли только на третьем месте. Грант плотно закрыл дверь. Занять позицию, чтобы видеть дверь и при необходимости либо зачаровать, либо встретить достаточно радушно любого кто решит войти. И все же Грант нахмурился при виде шефа. Были вещи, которые не вязались в его голове, в его представлении, не вписывались в общую картину. И пусть Гавейн всего на три года старше, но Кайлан совершенно не допускал мысли, что его можно застать врасплох. Уважение, любовь, почтение, восхищение – вот что он испытывал по отношению к Хэмишу, это же раз от раза имело место быть по отношению к наставнику. И видеть его на кровати было…
На лице ничего не отразилось.
Кроме что ухмылки на замечание о печенье. Но от предложения Кайлан отказался. Он вспомнил, как оставил Мюррен, разбираться с оставшимися пустыми пабом и гостиницей, как кусок в горло не лез за завтраком. И обливиейт. Нет уж.
- Мой личный порт ключ был подменен.
Брови сошлись к переносице. Иногда было заманчива возможность свершения справедливости, или как ее называли – кармы. Что всякий предатель будет однажды предан сам. Всякий грабитель будет сам ограблен и убит. Это был бы отличный закон самоуничтожения зла. Гранта подмывало взглянуть на Саважа с безмолвным вопросом «какая сволочь это сделала?», но он удержался.
Ответ был более чем очевиден. Свой. Исключительно свой.
Тот, кто имел доступ в его кабинет. Тот, кто точно знал, как выглядит личный портключ Робардса.
И большая часть людей знающих это уже были названы.
- Расследование будет вести Доусон или О`Флаэрти? – не то чтобы это сильно меняло дело. Не то чтобы Кайлан начал качать права, спрашивая, почему не они с Дунканом. Но Гавейн так же как и они оба знал, что бывшие стажеры даже получив четкий приказ не вмешиваться, так или иначе, вмешаются. Особенно если дело пахло крысой в аврорате. – Спрашивать о том будут ли нас проверять не стану, – в этот раз улыбка вышла более реальной. Конечно, проверят. Кого как не их двоих. – Но может есть подозрения?
Следовал и еще ряд вопросов – запомнил ли Гавейн нападавших? Видел ли лица? Куда его забросил подмененный портключ? И действовать на нервы пострадавшему не хотелось, зная, что до них Скримджер задавал все то же самое.

+3

6

С Кайланом определенно не все в порядке: мрачен сверх обычного, как будто подавлен, спал определенно плохо или мало, от еды, причем не просто какой-нибудь еды, а от приготовленного Веной Скримджер печенья, молча отказался. Едва не удавшееся покушение на заместителя главы аврората подействовало так, как и должно было - внесло тревогу и смятение в ряды подчиненных. Учитывая, что Робардс был и оставался до сих пор их наставником и практически вторым отцом - подействовало вдвойне, вот только Дункана, в отличие от старшего, случившееся в первую очередь злило, а злость подгоняла работать. Думать. А значит привычно отодвигать эмоции в сторону насколько возможно, тем более те, к которым его так топорно подталкивали.
Список доверенных лиц Саваж просто отметил согласным кивком, отдельно обратив внимание на вошедшее в него имя непосредственного командира: О'Флаэрти, будучи задетой за живое способная на резкие и импульсивные действия, не слишком вписывалась в этот стройный ряд, возможно Скримджер рассчитывал на ее чутье, упрямую дотошность и боевые навыки, включая ее в группу. Что ж, неплохо, не придется ничего скрывать от Эшлинг, можно спокойно работать в паре как обычно. Не посвящать остальной отряд в некоторые детали работы им не впервой. Следующая фраза уже заставила задуматься, Дункан молчал почти две минуты, машинально вертя в пальцах надкушенное печенье, - выстраивал новую картину произошедшего, гораздо более ясную, чем была у него сегодня утром. О самом существовании портключа, насколько Дану было известно, знали немногие: Скримджер, Грант, Лэндон и, собственно, он, - неприлично узкий круг подозреваемых. Кто и каким образом мог узнать от кого-то из них? Ключ был официально зарегистрирован, - кто и на каких основаниях мог предположить, что он существует, и искать информацию в архивах транспортного отдела? Ключ был подменен накануне в течение рабочего дня, - кто входил в кабинет Робардса и провел там достаточно времени без достаточного внимания к своей персоне, чтобы его отыскать и подменить? Кто знал, где он вообще хранится? Отличался талантами карманника и имел возможность их применить, если портал был у Гавейна, а не в оставленных без присмотра вещах? Беспечностью Робардс никогда не страдал, эти круги тоже должны быть узкими. Кто имел возможность достать подходящую для дубликата монету? Порталом Гавейну служила британская крона достоинством в пять, а не в обычные шесть, шиллингов, выпущенная в тысяча девятьсот шестидесятом году и изъятая из обращения после денежной реформы семьдесят первого, - такая далеко не в любом кошельке мага найдется. Надо отправить запрос в Гринготтс, выяснить, не менял ли кто-то в последнее время деньги на коллекционные маггловские. И остальное тоже выяснить. Как только у них будут хотя бы относительно точные ответы на эти вопросы, задачу станет возможно решить.
- Доусон, - уверенно бросил Саваж в ответ на вопрос, заданный вообще не ему, - будь это О'Флаэрти, я бы знал. - Более того, он бы сейчас был не здесь, а в кабинете Скримджера, работал над делом. Или здесь, но по поручению Эшлинг, а не собственному почину. Проверять их разумеется будут, глава аврората лично, и удивительно только, что уже не вызвал на проверку, перспектива прохождения которой отдавалась неприятным ноющим холодком в затылке. Скрывать Дункану было нечего, но собственный разум он привык считать своей суверенной территорией и пускать туда кого-то еще не любил. Даже выпавший благодаря протекции и щедрости Гавейна шанс перед этим поесть тыквенных печенек миссис Скримджер не очень-то эту перспективу скрашивал. - Где вчера находился портключ? И где поддельный сейчас? - Его неплохо бы исследовать, это тоже может дать какие-то полезные результаты.

+3

7

Руфус прав, как это не неприятно. Его заму необходимо посмотреть на своих экс-стажеров свежим взглядом. Взглядом: "У вас была возможность это сделать".
Гавейн долго моргает, и решает, что будет делать это потом. Слабость? Да, он не спорит, но сейчас собирается себе это позволить. Потому что это парни, которых он выбрал из числа поступавших стажеров, как своих; которых водил на магловские фильмы; чьи стаканы с виски иногда соприкасались краями с его - в его кабинете...
Слишком много вместе пережитого их связывало, чтобы он мог просто взять и начать их подозревать.
"Пока я Мунго беру на себя смелость об этом не думать. Пусть Руфус думает: буду пользоваться преимуществами жизни болезного и раненного." - мысленно решил Гай, едва уловимо улыбаясь, когда Дункан ответил на вопрос Кайлана.
- Верно. Доусон, - он медленно моргнул, вопрос о порт-ключе сегодня уже звучал, и задумаваться не пришлось, - Он был у меня в столе, - Гавейн чуть нахмурился, - Когда я аппарировал, он был при мне. Значит должен оставаться в вещественных.
"Вместе с драным свитером и еще парочкой мелочей" - Гавейн протягивает руку за грушей, на мгновение его посещает дурацкая мысль: "Интересно, а их проверяли на всякую ерунду. Хотя парней это не должно было обидеть. Стандарная процедура."
- Конкретных подозрений у меня нет. Каждый день через мой кабинет проходят толпы людей, - Гавейн легко надкусил фрукт: "Благославенна будь цивилизация, которая позволила нам вкушать эти дивные плоды в декабре." - Я льщу себе, полагая, что людей, которые могут так просто подойти, открыть мой стол, вытащить порт-ключ и положить другой, не так много. А тех, кто знал, как он выглядит и того меньше. С другой стороны, он был официально зарегистрирован. Это значит, что любой, кто имеет доступ к архиву документов департамента транспорта, мог это узнать.
"А еще я могу допустить мысль, что их было несколько, а еще мне просто стерли память о факте подмены. Казалось бы: если они имели в доступ в кабинет - к чему таки сложности. Но одно дело убить зама в кабинете, выйти оттуда и посветить лицом, и совсем другое, сделать ловушку. Если меня вообще хотели именно убить. О эти "если бы", "Может быть" и игры в тройной блеф "А если они предусмотрели, что я предусмотрел, что они..."

+3


Вы здесь » Marauders. No Mercy » MIRROR OF ERISED » Тот, кто предал, тот вновь предаст.